Игра на вылет [= Секретная операция] - Страница 36


К оглавлению

36

Нет приступом подобную крепость не одолеть. Здесь возможна только осада. Техническая осада. С электроникой должна бороться электроника. Подобная война бескровна, но катастрофически затратна. Наверное, поэтому политики предпочитают обычные, с обычной кровью и человеческим мясом, междуусобицы. У меня мясо и кровь были только свои собственные, поэтому я не спешил переть буром на бруствер. Мне предпочтительней было жертвовать рублями.

Деньги, оставленные в конторской посылке, давно закончились, и, хочешь не хочешь, мне пришлось отвлечься от основной задачи для решения более простой — приобретения сотни-другой миллионов рублей. Решать финансовые проблемы обычным способом — задействованием энных сумм из кошельков зазевавшихся в очередях в сберегательные и транспортные кассы граждан — я не мог. Я бы тогда год в тех очередях проторчал. Мне нужны были деньги, а не наличность. Мне нужны были большие деньги. Очень большие деньги. Такие, и разом, можно было найти только в банках. Волей-неволей пришлось пускаться в финансовые махинации.

Перерисовав внешность и выправив на нее новые — комар носу не подточит — документы, я в удаленных от места основного действия областях по-быстрому создал и зарегистрировал несколько предпринимательских обществ и от их имени пошел в банки просить ссуды.

Банки я выбирал очень средненькие, не имеющие прямого выхода на власть.

— У нас нет для вас таких сумм, — подивились то ли нахальству, то ли наивности незнакомого просителя банковские служащие.

— А вы взгляните повнимательней на фамилии coyчредителей, — рекомендовал я.

В соучредителях значились не последние в данных областях имена.

— Неужели сами?! — ахали пораженные банкиры.

— Ну что вы, конечно, нет! Это родственники, только родственники. Вы же понимаете…

Банкиры понимали и с кредитами не задерживали! Тем, кто на слово не верил, я показывал рекомендательные письма с печатями и подписями тех самых лиц, о которых в немалой степени зависело процветание и данного банка. Образцами подписей и печатей я легко разживался в архивах и канцеляриях.

— Этого довольно?

Этого было более чем довольно. Меньше чем за неделю я обеспечился средствами, достаточными для строительства средней руки металлургического комбината. Из банков я прямиком направился в заранее намеченные конструкторские бюро и исследовательские лаборатории.

— Мне нужно создать микропередатчик, работающий в следующих диапазонах… — формулировал я условия задачи.

— На это потребуется год усилий целого института…

— Три недели и триста тысяч долларов. Наличным! Лично вам. Мне неважно, кого вы будете привлекать работе и как с ними расплачиваться. Мне нужен передатчик. В двух экземплярах.

В лаборатории робототехники я просил изготовить двигающееся чучело крысы, аргументируя это странно задание необходимостью исследования поведения грызунов в естественных, в том числе в подземных полостях и коммуникациях, условиях. Детали чучела я просил исполнять преимущественно из органических материалов. А к чему мне крыса, приближенная весом и локационными характеристиками к боевой машине пехоты?

У зоологов я интересовался перспективами управления поведением некоторых животных. Возможно ли, вживив в мозг тем же кроликам датчики, заставлять их исполнять простейшие команды, к примеру: вперед, назад направо, налево, стой и т. п.? В принципе да? А если в обозримом будущем? Что для этого требуется? Как быстро можно ожидать практических результатов исследований? Когда можно увидеть такое животное?

Три КБ самолетостроения независимо друг от друга выполняли мой заказ на изготовление радиоуправляемого микропланера, выполненного в виде коршуна-степняка в натуральную величину. Причем у этого искусственного коршуна должны были шевелиться кончики крыльев, голова и хвост, как у самой натуральной птицы. По цене заказанная мной птичка приближалась к стоимости двухместного спортивного самолета. Но деньги меня волновали мало. Меня волновали качество и сроки. Только они. Ложка, даже самая роскошная, но после обеда, мне была не нужна.

Одиннадцать лабораторий и КБ из пятнадцати справились с работой вовремя. Семь изделий я забраковал в силу их технического несовершенства. Забраковал, но тем не менее оплатил. Четыре выигравших в конкурентной борьбе принял на вооружение.

Во избежание утечки информации со всех руководителей работ я, продемонстрировав удостоверение сотрудника Безопасности, взял подписку о неразглашении и подробно рассказал о сроках, предусмотренных статьями, касающимися незаконных валютных операций, хищения денег в особо крупных размерах (а где у вас договора, акты, наряды и т. п. документы, подтверждающие выполнение работ?), злоупотребления служебным положением и укрытия налогов. Это не считая еще одной подрасстрельной статьи — измены Родине, с которой впрямую связана исполненная ими работа, если о ней узнает любое постороннее лицо.

Через четыре недели я приступил непосредственно к осаде. Над объектом, в паре с ранее замеченным мною здесь натуральным коршуном, закружил искусственный, нашпигованный длиннофокусной фото— и видеотехникой.

Ночью вдоль забора зашныряла туда-сюда крыса-робот. Я правильно рассчитал, что охрана будет защищаться от людей, а не от случайных животных. Все мины, ультразвуковые и инфракрасные сторожа и прочие технические ловушки были рассчитаны на объекты свыше пятнадцати килограммов. Иначе охранникам пришлось бы ночи напролет бегать на тревожные «сработки», спровоцированные бродячими кошками и собаками. А охрана, как и всякая охрана, ночами любит подремывать.

36